Искусственный завет [litres] - Вадим Юрьевич Панов

шестёрка. «Парнями» же оказались два человекообразных роботеха, не боевых, но размерами внушительных и совсем неразговорчивых. Оглядев Нарци и узнав, что он явился от орангутана, один из них соорудил на лице вопросительное выражение, ну, насколько это позволяли примитивные мимические приводы. В ответ Дигиталис постучал себя по лбу, скопировав жест Бенито. «Парни» расступились, архитектор прошёл в дверь и довольно долго, ступенек сорок, спускался по винтовой лестнице, пока не оказался в узком коридоре, в который выходили разноцветные двери. Догадался, что это значит, отыскал красную, с перевёрнутой шестёркой, и за ней обнаружил сидящего за грубым деревянным столом мужчину. Плотного широкоплечего мужчину, чьё лицо наполовину скрывала тень. И который обошёлся без долгого вступления.

– Знаешь, что это? – хрипло спросил мужчина, указав на стоящие в центре стола песочные часы.

– Устаревший способ измерения времени, – ответил Дигиталис, присаживаясь.

– Это время, которое можно увидеть, – рассказал хриплый. – Песчинка за песчинкой.

– Никогда об этом не думал.

– Никто не думает. – Хриплый сложил на груди руки и уставился на песочные часы с таким видом, будто разговор уже закончился, причём пренеприятнейшим образом.

– Здесь можно говорить? – поинтересовался Нарцисс.

– Вполне, – ответил хриплый после короткой паузы. – Здесь мало того что блокирована всякая связь, так ещё действует локальная сеть с протоколом «INcom»[17], к которой ты принудительно подключился, когда прошёл через первую красную дверь. Знаешь, что такое «INcom»?

– Слышал, что это запрещённая технология.

– Технология не запрещена, её активно применяют государственные службы, но они не любят, когда ею пользуются частные лица. Ты ведь нейр, ты запоминаешь всё, что видишь, слышишь, читаешь, – всю информацию, которая к тебе прилипает, можно потом просмотреть.

– Это тоже запрещено.

– Расскажи об этом полиции.

– Они меня читают? – удивился Дигиталис. Теперь визит в подземелья Солянки и дальше показался ему намного более рискованным предприятием, чем час назад.

– Могут прочитать, – уточнил хриплый. – А сетевой разведке даже решения суда не требуется. Если захотят – они тебя взломают.

– Как?

– Так же, как это делают мозгоправы, только официально, придумают какой-нибудь повод и взломают. – Хриплый зевнул и перевернул песочные часы. – Так вот, протокол «INcom» принудительно переводит на себя все электронные устройства, включая скрытые, и отбирает всю поступающую информацию в свою оперативную память. Вообще всю. Грубо говоря, ты со мной разговариваешь не напрямую, хотя тебе именно так и кажется, а через «INcom», и когда разговор закончится и ты выйдешь из первой красной двери, ты обо всём забудешь.

– И красную дверь?

– И визит в бар, – добавил хриплый. – Мы влезем в твою память через доступ «INcom» и сотрём всю связанную с нами информацию.

– А ты?

– Я – человек. Меня удалённо не прочесть.

– А если тебя арестуют?

– Видел ребят у входа? – Дигиталис кивнул, после чего хриплый грустно улыбнулся: – Меня не арестуют.

На этот раз уточнений не потребовалось.

– Жёстко, – оценил Нарцисс.

– Меры безопасности, – пожал плечами хриплый.

– Но если я забуду наш разговор, как я могу быть уверен, что ты выполнишь свою часть сделки? Допустим, мы договоримся, я заплачу… ведь я должен буду заплатить?

– Да.

– Как я могу быть уверен, что ты выполнишь свою часть сделки?

– Придётся рискнуть.

– Но я не буду знать, за что отдал такую сумму. Она ведь большая?

– Это проблема?

– Деньги у меня есть, – махнул рукой Нарцисс. – Но если я обо всём забуду, то могу настолько сильно удивиться исчезновению средств, что обращусь в финансовую полицию для тотального аудита.

– На этот счёт не волнуйся. – Хриплый перевернул часы, хотя в нижней колбе оказался далеко не весь песок. – Ты не первый, мы знаем, как договариваться насчёт денег.

– Понял. – Дигиталис вспомнил, как не отступил перед визитом в Солянку, вздохнул и наконец-то перешёл к делу: – Есть женщина.

– Которая отказывает тебе во внимании.

– Ты задаёшь слишком много вопросов.

– Я не спрашивал, – ответил хриплый.

– Да, отказывает. – Признаваться незнакомцу в неудаче на любовном фронте оказалось не очень приятно.

– Немного странно, – прокомментировал хриплый.

– Почему?

Дигиталис думал, что услышит комплимент: своим физической форме, богатству, таланту, но крепко ошибся.

– Обычно с такими просьбами приходят люди, – ответил хриплый. – Мужчины или женщины, но люди, которым важно добиться кого-то любым способом. Почему это важно тебе?

«Отказываешь нейру в наличии чувств? Правильно, конечно, но…»

– Тебе не нужны деньги? – грубовато спросил обиженный Нарцисс. – Или ты берёшься только за те дела, которые соответствуют твоим высоким моральным принципам?

– Хороший ответ, – кивнул хриплый. – Продолжай. – Но продолжил сам: – Ты хочешь, чтобы мозгоправ убедил девчонку наброситься на тебя? Это возможно.

– Я хочу, чтобы она стала нейрой, – жёстко ответил Дигиталис.

На мгновение, всего лишь на мгновение, во взгляде хриплого мелькнула ярость. Смешанная с ненавистью. И приправленная презрением. Но на мгновение. А потом он спросил по-прежнему ровным голосом:

– Ты понимаешь, чего просишь?

– Да.

– У неё есть биочип?

– Да. Вы сможете убедить её подключить SLR и быстро им воспользоваться?

– Потребуется время. – Хриплый смотрел на песочные часы так, словно хотел их разбить.

– Сколько?

– В зависимости от психологической стойкости объекта – до полугода.

– Как это случится?

– На первом этапе мы взломаем объект и некоторое время будем его изучать. На основании полученных данных сформируем уникальную программу воздействия, предназначенную исключительно для этой женщины, которая будет работать с ней каждую ночь. Во сне. Давить, разумеется, не станем, они такое чувствуют…

– Они – кто?

– Жертвы, – резанул хриплый. Сознательно резанул. И добился своего – Нарци вздрогнул. – Что-то не так?

– Всё в порядке. – Дигиталису было неприятно слышать, что Крис станет жертвой, но он сумел с собой справиться. – Продолжай.

– Психологическое воздействие будет вестись по двум направлениям: одна цепочка ведёт к установке SLR, другая формирует синдром Утраты. Дальше, как я сказал, всё зависит от стойкости жертвы. Пять-шесть месяцев – это минимальный срок, но я даю гарантию, что в течение года заказ будет выполнен.

– Может понадобиться год? – растерялся Нарцисс.

– Разве у тебя нет в запасе Вечности?

– Нет нужды острить.

– Извини. – Мужчина помолчал, потрогал часы, но переворачивать не стал – не время и уточнил: – Надеюсь, ты понимаешь, что мы берёмся только за то, чтобы жертва стала нейрой? Если, оцифровавшись, она по-прежнему будет тебя игнорировать – это не наши проблемы.

Несколько секунд Дигиталис пронзительно смотрел хриплому в глаза, после чего неожиданно тихо спросил:

– Но ведь нейре это легко поправить?

– Придёшь снова, – ответил после короткой паузы хриплый.

– Хочу сразу сделать комплексный заказ.

Все эмоции хриплый выплеснул в том, первом взгляде и больше себе подобного не позволял. Хотя очень хотелось.

– Сколько лет ты должен ей нравиться?

– Всегда.

– Не советую.

– Почему? – удивился Нарцисс.

– Обычно клиенты просят поставить директиву